"Триумф искусства и техники. Ни один корабль в мире не достигал еще такого!" Отзыв Чарльза Крампа о первом круге испытаний "Варяга". При волнение моря в 10 баллов крейсер "Варяг" показывает мировой рекорд для крейсеров своего класса по скорости - 24,59 узла.
подробнее...

Война и люди Иностранные волонтеры в русской армии
Господа, в книге Черемисова "Русско-японская война", 1909 указывается, что в боях с японцами погиб храбрый лейтенант французской армии Бюртен, служивший добровольцем в Верхнеудинском полку. Есть ли еще примеры иностранных волонтеров в русской армии?

Ответов - 18

Dmitry_N пишет: Есть ли еще примеры иностранных волонтеров в русской армии? Есть и полно.
Веточка замышлялась для сбора сведений о персонах - волонтерах. Вот в Ниве №11 за 1904 год обнаружил портрет Его Высочества гишпанского принца Дон-Хаиме Бурбонского (сына Дона-Карлоса), состоящего на русской службе и причисленного к штабу А.Н.Куропаткина. Он служил в 1902 году в Гродненских гусарах. Немного о иностранцах на полях РЯВ http://vladnews.ru/magazin.php?id=140&idnews=31393&current_magazin=1721
Насчет поляков приведено в статье не корректно. Это все граждане Российской империи. То есть не иностранцы.
Лейтенант Димитър Добрев -болгар офицер Бкр. Д. Донской
Да. Артиллерийским офицером. В Балканской войне миноносец "Дръзки" ("Дръзки, «Смели, «Храбри, «Строги, «Летящи, «Шумни. 97,5 т, 38x4,04x2,4 м. ПМ - 1, 2 ПК, 1950 л.с.=26 уз. 11 т уг. Эк. 30 чел. 2-47 мм, 3ТА 450 мм. Построены во Франции на верфи «Шнейдер в 1907—1908 годах, пред-ставляли собой типовой проект «38-мет-рового миноносца. ) из дивизиона миноносцев под его командования торпедировал турецкого крейсера Хамидие. После чего всякая военно-морская активность турок за этой войны прекратилась.
А вот черногорский волонтер По книге "Знак отличия военного ордена за русско-японскую войну" ПЛАМЕНАЦ (ПЛАМЕНЕЦ) ФИЛИПП МАРКОВИЧ – 1 Читинский казачий полк, волонтер, потомственный дворянин, черногорец на русской службе, кресты 2-4 степеней за Китайский поход. В Списке кавалерам З.О.В.О. указан как Пламенац, а на картинке - как Маркович. Я вот что предполагаю - у черногорца (серба, по сути) Маркович - скорее всего, фамилия, возможно Маркович-Пламенац (заметим про себя, что в это же время и на этой же войне действует полковник, затем генерал-майор сербского происхождения Йован (Иван Юрьевич) Попович-Липовац), В общем, в списке кавалеров он назван, как Пламенац, а на картинке - Маркович. но это один и тот же симпатичный черногорец. Портрет из "Летописи войны с Японией"
Dmitry_N пишет: Немного о иностранцах на полях РЯВ Так, в феврале 1905 года в «Хронике русско-японской войны было опубликовано сообщение о гибели 14 января персидского принца Фузуллы-Мирза-Каджара, который был подъесаулом 2-го Дагестанского полка. Служивший в том же полку сотником принц Наполеон Мюрат был ранен в бою 2 февраля 1905 года.http://vladnews.ru/magazin.php?id=140&idnews=31393&current_magazin=1721 Насчет Наполеона-Мюрата нет уверенности что он иностранец а не поданный Российской империи.
denis пишет: нет уверенности Да, пишут, что он был Российским поддпнным. Забавную реплику обнаружил на сайте http://vadim-i-z.livejournal.com/150557.html Весьма колоритной и яркой личностью в Ингушском полку, да и во всей дивизии, являлся полковник Наполеон Мюрат, французский принц, правнук знаменитого наполеоновского маршала, короля Неополитанского Иоахима Мюрата, женатого на сестре Наполеона Бонапарта Каролине. И в связи с этим родством полковник Ингушского полка принц Мюрат был правнучатым племянником императора Франции. Как странно и необъяснимо складываются порой человеческие судьбы! Прадед принца Наполеона Мюрата маршал Иоахим Мюрат вместе с Наполеоном Бонапартом в 1812 г. шел с армией, чтобы покорить Россию. Их же потомок, связав свою жизнь с этой страной, стал офицером российской армии и геройски сражался с ее противниками. Еще в 1904 г. Наполеон Мюрат добровольно ушел на Японскую войну, проявил мужество в боях, был тяжело ранен и вернулся с Дальнего Востока в Петербург с шестью боевыми орденами. Позже, выйдя в запас, он уехал в Америку, «но с первыми же раскатами Великой войны умчался в Россию и вступил в ряды Дикой дивизии. Принц Мюрат вновь пошел сражаться за Россию, а то, что он добровольцем вступил в Кавказскую конную дивизию, было для него вполне естественным - ведь по матери, грузинской княжне Дадиани, он имел самое непосредственное отношение к Кавказу..." А командиром Дикой дивизии был одно время генерал-майор, ха-ха, Дмитрий Петрович Багратион. Вот такие ландыши...
Dmitry_N пишет: Позже, выйдя в запас, он уехал в Америку, «но с первыми же раскатами Великой войны умчался в Россию и вступил в ряды Дикой дивизии. Ого! Как близко оказывается))Dmitry_N пишет: А командиром Дикой дивизии был одно время генерал-майор, ха-ха, Дмитрий Петрович Багратион. Ага а еще большую часть времени Эмир Бухарский. Только по моему ее официальное название Кавказкая Туземная кавалерийская дивизия. И при этой дивизии располагался Отряд Балтийского флота. С 1 августа 1915 начальником отряда В.А. Матусевич.
Эмир Бухарский - это справедливо, но полковник Мюрат в подчинении генерала Багратиона - это круче :-)
Dmitry_N пишет: но полковник Мюрат в подчинении генерала Багратиона - это круче :-) Так я не спорю))) факт убийственный. С учетом байки о том как ТОТ Багратион ТОГО Мюрата обжулил при отступлении в 1805 г)))))))
из Летописи (Дубенского) Портретная галерея „Летописи" «Дедушка Пламенац С чувством особенной радости встречаешь здесь те лица, которые видал под другим, маньчжурским небом, в обстановке войны, на батареях на позициях, где при виде нового белого облачка шрапнельного дыма невольно вставали вопросы: «Кого? его или меня? чей теперь настал черед? - с которыми, уезжая с театра войны мысленно простился навсегда, в виду малой вероятности оставшихся уцелеть, особенно если судьба поставила их рядом с бесстрашно идущим под огонь генералом Мищенко. С таким именно радостным чувством увидел я недавно на петербургских улицах массивную фигуру «дедушки Пламенаца, как звали его в армии все от генерала до солдата и казака, - с широким энергичным лицом, с которого не сходит загар, с большими характерными усами, с живыми проницательными глазами, которые здесь смотрят как-то веселее, словно «дед усмехается своей судьбе, выведшей его благополучно не из одной уже сотни боев и перестрелок на долгом веку. Только теперь вместо черной папахи или белой фуражки и простой парусинной куртки на нем сюртук сибирского стрелка с... прапорщичьими погонами и с тремя знаками отличия Военного Ордена трех первых степеней. И вот теперь мне хочется поговорить об этом симпатичном старике, общем маньчжурском «дедушке, верном друге и телохранителе Мищенки, вынесшем раненого под Сандепу генерала из под огня на своих старческих, но еще сильных руках. Право, он заслуживает нашего обшего внимания в гораздо большей степени, чем... Но я не назову имени, чтобы не оскорбить действительно почтенного «деда таким сопоставлением. Это человек высокой чести, олицетворение воинской доблести - «живое знамя доблестного передового конного отряда генерала Мищенки. Я познакомился с ним в первый день боя под Сахотаном, 10-го июня 1904 года. - Вот наш «дедушка - рекомендую, сказал мне генерал Мищенко, показывая рукой на старика в парусинной куртке без погон, сидевшего на фланге стрелявшей по японцам 1-й Забайкальской казачьей батареи и несколько впереди ее. Услыхав свое имя, он обернулся и я увидал добродушное, загорелое в Корейском походе отряда и обросшее сивой бородок лицо. Мы познакомились. Потом разговорились, хотя разговаривать с дедом не так то легко, ибо речь его состоит из смеси черногорских слов с русскими. - Давно вы, дедушка, начали сражаться? - О давно, давно, - ответил он мне тихим голосом, видимо, уходя мыслью в прошлое. - В первый раз пошел я на войну с турками в 49-м году... Потом в 51-м... Потом в 53-м, 54-м, 55-м, 57-м, 59-и, 60-м, 62-м... - Довольно, довольно, перебил я его, смеясь. - Коротко сказать, вы всю жизнь провоевали? - А, да, да! - засмеялся и он. - Только наши войны ведь какие прежде были! сегодня перестрелка, а завтра все тихо и мирно... А потом убьют где-нибудь турки нашего юнака, или скот заберут, или наш юнак убьет где-нибудь на дороге какого-нибудь турка и опять пошла война... Вот в 62-м году война была настоящая. Турки заняли всю Черногорию, жгли деревни, топтали жатвы и виноградники... А у нас было чуть не по пять патронов на ружье... Плохо было - врасплох нас захватили... Он замолчал, переживая в памяти прошлое но к нему уже не вернулся. - Вот и теперь, - продолжал он, приехал я сюда, чтобы не умереть в постели, а в поле, на войне,, как следует юнаку, воеводе. Только вот что плохо, добавил он с оттенком печали, - смерти перестал бояться. Прежде все боялся, а теперь перестал. Плохо, плохо!.. И он действительно бесстрастно сидел на батарее, под огнем, возле своего генерала и смотрел на сопки, из-за которых то и дело взлетали в голубое небо красивые белые клубы дыма рвущейся шрапнели. Эти маньжурские сопки, по его признанию, напоминали ему горы родной Черногории Без бинокля, без зрительной трубы, зорким глазом горца он отлично различает, где, наши, где японцы. - Стреляйте, стреляйте, не бойтесь!- говорить он уверенно, когда возникает спор из опасения выстрелить по своим. Он вообще сторонник смелых, решительных действий. И это роднить его с отважным генералом. Последний как-то, смеясь рассказывал, отмечая боевое спокойствие деда, как он его сконфузил: - «Близко снаряд разорвался... Я о чем-то думал, не заметил его и от разрыва вздрогнул. Вдруг дед подает мне кусочек ваты - «на, говорить, генерал, положи себе в уши. Они отбывают вместе уже вторую кампанию и теперь, в бою, как вероятно и во время китайского похода, мечтают, как после войны они заживут в деревне, вместе, на покое. Несмотря на свои весьма почтенные годы, Пламенац не отстает от своего генерала и всюду лазает с ним по сопкам. В набег на Инкоу Мищенко не хотел было брать с собою «деда. - «Жаль, говорил он, если бы «дедушка отстал и его пришлось бы бросить, вместе с другими, как я о том уже объявил по отряду... Весь план набега основывается мною на быстроте движения... И полковнику Логвинову поручено было уговорить «деда остаться... Но он и слышать не хотел об этом, - «Пока жив я не расстанусь с моим генералом. Я был с ним везде, буду и теперь.. - ответил он Логвинову. А Мищенке сказал – «Вы не хотите брать с собою Пламенаца – Пламенац сам себя возьмет! И пошел в набег. – «Держись, Пламенац, крепись, тянись, старый, во что бы то ни стало! – говорил я сам себе во время этого похода, - рассказывал потом мне «дедушка, сверкая глазами и грозя кому-то кулаком, обиженный тем, что в нем усумнились… И он выдержал, вытянул… Но после мукденской битвы дедушка должен был уехать из армии лечиться. Годы и лишения сделали свое дело. И вот он теперь в Петербурге, глубоко уязвленный печальным исходом войны. - Мало нам старые (т.е. предки) оставили?! Мало Суворов нам оставил?! Не для того, чтобы истратить все! И его речи против виновников наших неудач звучат наивным, но беспощадным негодованием. Как славянин, он не отделяет себя от России и неудачи ее считает неудачами всего славянства. Как западный славянин, он особенно не любит немцев и опасается их торжества над славянством. Двенадцать лет тому назад покинул он свою Черную гору, но говорит о ней с страстной любовью и с умилением рисует картины ее природы и простого еще быта. - Там воздух такой легкий, легкий, что человеку спится недолго и он встает бодрый, веселый и свежий. И он сам, выросший, всю жизнь проведший в этом воздухе, до сих пор бодр, свеж, сохранил ясность мысли, часто блещущей юмором и большой запас чувств. Впрочем, есть у деда одно огорчение: за 26 боев минувшей войны он получил две награды – знак отличия Военного Ордена 1-й степени и чин прапорщика. А он, как истый старый воин, честолюбив и потому говорит: - Мне стыдно – сестры милосердия получили по три! Что сестры! Те работали. А сколько награждено офицерскими боевыми наградами беспечально проведших войну в глубоком тылу штабных чиновников, духовных особ, которые слышали гром войны издалека… А ведь дед был в передовом конном отряде генерала Мищенко. Там ли не испытали войны!… Вл. Апушкин (Летопись войны с Японией. 1905. вып.79) OCR и приведение к современной орфографии - ДН
Dmitry_N пишет: ПЛАМЕНАЦ (ПЛАМЕНЕЦ) ФИЛИПП МАРКОВИЧ – 1 Читинский казачий полк, волонтер, потомственный дворянин, черногорец на русской службе, кресты 2-4 степеней за Китайский поход. Добавлю, умер в 1909 году (звание - зауряд-прапорщик), похоронен на Свято-Троицком кладбище Петергофа. - http://proibis.by.ru
Dmitry_N пишет: храбрый лейтенант французской армии Бюртен, служивший добровольцем в Верхнеудинском полку. Добавлю: "Самсонов слушал и вспоминал, как на Янтайских позициях пехотная дивизия побежала было, но его кавалерийские офицеры остановили ее и повели вперед. Потом вспоминалась ночная атака на ханшинный завод ради спасения французского лейтенанта. Это было странное совпадение: тогда положили за тело Бюртена трех убитыми и два десятка ранеными, а сегодня тоже спасали, на сей раз всю Францию" (Рыбас С. Ю. Генерал Самсонов.). Художественное, конечно, произведение...
Krom Kruah Это не тот Димитр Добрев из Сливена, который в Белом Братстве Петра Константинова состоял (1912)?
s.reily пишет: Рыбас С. Ю. Генерал Самсонов Есть у меня эта книга - читал. Не нравится мне, как Рыбас пишет. В этой книге еще есть роман "Красавица и генерал" (книга на даче, название по памяти). Язык у него корявенький. А то, что Восточно-Прусская операция спасала Францию?... Ну, в общем, (сколько по памяти?) то ли 2 с половиной, то ли три корпуса с Западного фронта немцы перебросили... Но положили свои войска мы довольно бездарно... Вообще, все время вспоминается рассказ Аверченко. http://orel.rsl.ru/nettext/russian/averchenko/russk_evropa.html Но это уже другая история.
Здравствуйте, я новичок на этом форуме - Русско-японской войной интерессоваться стал совсем недавно. Появляются вопросы, например Dmitry_N пишет: А вот черногорский волонтер Интересует все про сербов и черногорцев, воевавших за Россию: сколько, в каких сражениях, награды... Может у кого есть инфа, или ссылки... Самостоятельные поиски пока привели на ваш форум, но это уже немало .
Dmitry_N пишет: на этой же войне действует полковник, затем генерал-майор сербского происхождения Йован (Иван Юрьевич) Попович-Липовац), Попович-Липовац был всё-таки черногорского происхождения, а к началу русско-японской войны имел российское подданство и российское же дворянство, полученное "по кресту", пожалованное имение в Таврической губернии, орден Св.Владимира 4-й степени с мечами и бантом и Знаки отличия Военного ордена 1-й и 4-й степеней.