"Триумф искусства и техники. Ни один корабль в мире не достигал еще такого!" Отзыв Чарльза Крампа о первом круге испытаний "Варяга". При волнение моря в 10 баллов крейсер "Варяг" показывает мировой рекорд для крейсеров своего класса по скорости - 24,59 узла.
подробнее...

Война и люди Баранов и Рождественский - герои "Весты"
Читал 1-й том воспоминаний Витте. Упоминание о Баранове и Рождественском, случае вообще выведшим их наверх. К вопросу, откуда у нас такие адмиралы. Отрывок длинноват, но приведу целиком. Когда я приехал в Нижний Новгород, то там в это время губернатором был генерал Баранов, бывший флотский офицер, известный не то по подвигу, не то по буфонаде. Одни говорят, что действительно, это был подвиг, другие утверждают, что это была буфонада. Известно, что корабль Веста, которым командовал Баранов во время Турецкой войны, встретился с военным турецким судном в Черном море. И вот, когда произошло это столкновение, то, судя по реляциям Баранова и его подчиненных, - наш корабль "Веста" оказал геройское сопротивление. За этот подвиг Баранов был награжден Георгием, помощник его Рождественский тоже был награжден Георгием и вся команда "Весты" получила различные награды военного времени. Насколько правы те, которые говорят, что Вестою был совершен действительно выдающийся военный подвиг, или те, которые говорят, что это была скоре буфонада, чем подвиг - судить, конечно, довольно трудно, потому что свидетелями этого были только те, которые в то время находились на Весте. Но так как я в это время находился в Одессе и очень много об этом слышал, то (должен сказать) у меня составилось впечатление, что корабль Веста, который был снаряжен для войны (собственно говоря - это был простой коммерческий пароход) под командой капитана Баранова - действительно оказал в известной степени геройство при столкновении с турецким военным судном. Причем одни говорят, что, в конце концов, Веста ушла от этого турецкого судна, а другие говорят, что турецкое военное судно бежало от Весты. Во всяком случае, команда Весты несомненно проявила известное геройство. Но, с другой стороны, вместе с тем, я думаю тоже верно и то, что все это Баранов значительно раздул, все это {241} он значительно разукрасил. Конечно, все его подчиненные делали то же, что делал и их начальник тем более, что все это было для них не безвыгодно. Ближайшим помощником Баранова был Рождественский, тот самый Рождественский, который в 1904-1905 г. г., т. е. через 35 лет, повел нашу пресловутую морскую эскадру из Балтийского моря в китайские и японские воды, ту самую эскадру, которая потерпела такое ужасное, постыдное поражение в Цусиме. Если бы Рождественский не имел Георгия, не числился в числе героев Весты, то, вероятно, он не сделал бы такую морскую карьеру и не повел бы Балтийскую эскадру в 1905 году в Цусиму. И вообще повел ли бы ее кто-нибудь из других адмиралов - это еще вопрос, ибо, когда приходилось снаряжать эту Балтийскую эскадру, то большинство специалистов, да и не специалисты - например, я - держались того мнения, что эта эскадра идет на гибель, так как она никоим образом ни в личном составе, ни в своем материальном составе не подготовлена для боя с таким прекрасным флотом, каким обладали японцы. Тем не менее, эскадра эта пошла и пошла она только потому, что Рождественский хотел угодить Государю и не имел мужества сказать, что затея эта приведет к беде, что она неисполнима, так как несомненно, если бы Рождественский сказал это Государю, то может быть государю это было бы неприятно, потому что он хотел, чтобы эскадра пошла - что вполне естественно - так как Государь вообще желает успехов и побед; но Рождественский, как я уже сказал, не имел мужества сказать правду Государю. Как мне рассказывали в заседании, которое было по этому предмету, большинство присутствующих и великий князь Александр Михайлович, и великий князь Алексей Александрович относились к этой затее отрицательно; только один Рождественский, если и не обещал успеха, то, во всяком случае, считал это предприятие возможным. Известно - чем все это кончилось. Началось со скандального обстреливания мирных лодок английских рыболовов при движении этой эскадры на юге в то время, как она проходила между Францией и Англией, а затем окончилось - полным ее разгромом в Цусиме. Так Рождественский и окончил свою карьеру. Он попал в плен, потом вернулся из плена в Петербург, но не играл уже никакой роли. В прошлом году он умер в Наухейме. {242} Что касается Баранова, то лейтенант Баранов не только был награжден Георгием, но был сделан флигель-адъютантом, что по тому времени было довольно выдающейся наградой. По возвращении в Петербург он все время был на виду, чему способствовало то обстоятельство, что вообще Баранов был человек очень умный, ловкий, мастер говорить, очень находчивый. Он казался мне не особенно твердых моральных правил, - но вообще человек он был недурной, ничего особенно дурного он не делал; был большой карьерист. Еще в царствование Императора Александра II, когда Великий Князь Константин Николаевич был генерал-адмиралом, Баранов имел с ним столкновение, которое повлекло за собою не только лишение Баранова флигель-адъютанства, но и его отставку. Впрочем, я нахожу, что в этом столкновении, пожалуй, гораздо более виноват Великий Князь Константин Николаевич, нежели Баранов. Столкновение это было таково: Баранов писал различные статьи, критикуя наш флот и вообще действия морского министерства. Статьи эти были очень хлесткие, умные, не без знания дела, т. е. такие, какие соответствовали личности Баранова, но вместе с тем, несомненно тенденциозные в том смысле, что в них Баранов не столько хотел указать на различные недостатки в морском ведомстве, сколько еще в большей степени - желал спихнуть некоторых власть имущих в морском министерстве, и сесть на их место. И вот однажды, когда Баранов, написав одну из таких очень резких статей, кажется, даже не подписал ее своею подписью, хотя всем было известно, что статья эта написана Барановым, явился к Великому Князю Константину Николаевичу, - этот последний во время приема в присутствии других лиц, спросил капитана Баранова: он ли написал эту статью или нет? Когда Баранов ответил, что статья эта написана им - Великий Князь сказал ему нечто в роде того, что такую статью может написать только подлец, на что Варанов ответил: - Ваше Императорское Высочество, я не знаю, как бы мне надлежало ответить тому, кто мне сказал бы такое слово, но я не отвечаю на оскорбления только двум категориям лиц, - а именно французским кокоткам и Великим Князьям. Ну, понятно, после, этого ответа Баранов должен был выйти в отставку. {243} Кажется, еще по протекции будущего Императора Александра III, когда он был наследником, как раз незадолго до первого марта, Баранов был снова привлечен на службу, но уже не на морскую, а на военную; он был сделан генералом и назначен губернатором в Гродно. После Гродно, когда Император Александр III вступил на престол, так как в Петербурге было в то время очень неспокойно, делались некоторые революционные выпады, то Баранова из Гродно перевели градоначальником сюда, в Петербург. Градоначальником он был очень недолго, выделывал различные фокусы и, в конце концов, не мог ужиться градоначальником, хотя ему все время очень протежировал Константин Петрович Победоносцев. Победоносцев был во главе добровольного флота, Баранов же очень содействовал учреждение этого добровольного флота и был правою рукою К. П. Победоносцева. В учреждении добровольного флота принимал участие и Наследник Цесаревич Александр Александрович, будущий Император Александр III, где, он более близко познакомился с Барановым. Итак, я говорил, что в Петербурге Баранов градоначальником долго ужиться не мог; он выкидывал всевозможные фокусы: так например, он устраивал собрания домовладельцев и квартирантов, давал им на обсуждение различные вопросы, которые вообще едва ли полицейская власть могла давать на их обсуждение. Во всяком случае, такой способ ведения дела для России был непривычен, в особенности в те времена. Поэтому Баранов в скором времени потерял место градоначальника в Петербурге, и был переведен губернатором в Архангельск, а затем из Архангельска в Нижний Новгород.

Ответов - 38

Собственно, что это с Рождественским? Грамотная раскрутка? А Баранов, якобы карьерист, летал с одного места на другое? Реплика из зала: к середине тома хохотал, Витте исключительный рассказчик, все у него очень хорошие и благородные люди, но или мошенники или дураки. А он был один впереди планеты всей, молод и талантлив. Очень себя любить надо, однако.
Просто у Рождественского под рукой миноносца не оказалось.
s.reily пишет: Собственно, что это с Рождественским? Грамотная раскрутка? Думаю, тут раскрутка не причём, т.к. карьера ЗПРа развивалась не быстрее чем у его сверстников -- Витгефта, Кригера, Штакельберга. Я уж не говорю о Макарове, там пиар наличествовал несомненно. А у Рожественского карьера не взлетела пока не попался на глаза царю, причём злые языки болтают, что никакие Георгии тут не помогли бы -- государь любил быть в компании высоких громкоголосых хамоватых офицеров, они-де напоминали ему его покойного батюшку.
кроме НМД все пишут с Д)) РОЖЕСТВЕНСКИЙ
denis пишет: кроме НМД все пишут с Д)) РОЖЕСТВЕНСКИЙ Спасибо за науку, поленился с утра сам прописать: РОЖ ЕСТВЕНСКИЙ
Можно подумать - у флота бои каждый день по нескольку. Бой Веста провела, пароход против броненосца. Боевая ничья, все герои, т.к. признаков "потери реальности" не наблюдалось. Одно дело отвага и т.п. капитан-лейтенанта или мичмана, другое - адмирала, как по своему значению, так и по затрачиваемой энергии. Вообще - героизм весьма философская тема. Кстати, бой ВЕсты - пример возможного столкновения рейдера с антирейдером.
Тэк-с, вчера прочёл интересный факт из "Свидетелей Цусимы" этого...англичанина, вообщем. Кратко по сути. Вернувшись на базу, капитан "Весты" Баранов распространил легенду о том, как его корабль обратил в бегство турецкий крейсер, даже сбив выстрелом у него трубу (вроде как Рождественский и сбил). Немного погодя, когда были розданы награды, стали просачиваться слухи, что всё было несколько иначе. И тогда, Рождественский, правильно оценив направление ветра, выпустил статейку, в которой опровергал рассказ своего командира. Баранов попал в опалу, а Рождественский сохранил звание и награду. Ну и сколько здесь правды?
s.reily пишет: вчера прочёл интересный факт из "Свидетелей Цусимы" этого...англичанина У этого ... англичанина, в общем, этот кусок описан почти слово в слово как у некоего ... баталера. Единственное отличие -- упоминание о статье английского командира турецкого броненосца в "Таймс".
Из этого.... Ковалевский Н.Ф. История государства Российского. Жизнеописания знаменитых военных деятелей XVIII - начала XX века. М. 1997 г.: "...В июне 1877 г., находясь в составе экипажа парохода "Веста", принял участие в пятичасовом бою с турецким броненосцем; возглавив взамен выбывшего офицера действия кормовой батареи, первым же снарядом поразил носовую часть броненосца, после чего тот прекратил погоню. Считая, что пришла пора броненосных судов, Рожественский вскоре после войны выступил с критикой технической отсталости отечественного флота, упоминая о подвиге "Весты" как о "постыдном бегстве". Этим он вызвал бурю негодования вплоть до возбуждения судебного процесса по делу "Весты". Управляющий Морским министерством адмирал С.Лесовский грозился "стереть в порошок" строптивого офицера". Вот такое ещё описание...
И ещё, с www.rulex.ru: Затем Б. вернулся во флот; и в русско-турецкую войну 1877 - 78 годов, командуя небольшим пароходом "Веста", он, по его донесению, после 6-часового боя 11 июня 1877 года заставил удалиться с уроном турецкий броненосец "Фехти Булен". В декабре того же года Б., командуя пароходом "Россия", захватил около Пендераклии турецкий пароход "Мерсину" с десантом. За эти дела Б. был награжден орденом св. Георгия 4-й степени, чином капитана I ранга и званием флигель-адъютанта. Однако впоследствии в печати появились указания (статья капитан-лейтенанта, позднее известного адмирала З.П. Рождественского), что в своих реляциях Б. сильно преувеличил результаты боя маленькой "Весты" с турецким броненосцем. Б. был вынужден в 1879 году оставить, по постановлению военно-морского суда, морскую службу. Вот такой вопросик, что же это за статья и где печаталась? И что в ней было, стук-постук?
Нашёл. Через год З.П. Рожественский неожиданно выступили в газете "Биржевые ведомости" от 17 июля 1878 года со статьей "Броненосцы и крейсеры-купцы" и разоблачил подвиги "Весты". По его описанию выходило, что не турецкий броненосец удирал от нее, а она убегала от него, убегала в течение пяти с половиной часов. И только благодаря тому, что "Фехти-Буленд", перегруженный военными запасами, не мог догнать ее, она спаслась от бедствия. Рассказ автора был чрезвычайно убедительным.
От Мельникова: В статье в "Биржевых ведомостях" (17 июля 1878 г.) выступал (Рождественский) с вполне здравой мыслью о необходимости для России полноценного броненосного флота, который, конечно, вооруженные пароходы заменить не могут.
О Баранове: После статьи Рожественского “Броненосцы и крейсера - купцы”, подал в суд на последнего. По закрытии проигранного дела, попал под суд сам за «резкие выражения, допущенные в записке на имя управляющего морским министерством С. С. Лесовского. Вышел в отставку в 1879 году. Лесовский получается и Рождественского в порошок хотел стереть и от Баранова резкие выражения получал (интересно, по какому случаю выражения были).
NMD пишет: упоминание о статье английского командира турецкого броненосца в "Таймс". Кто был командир, и есть ли статья/перевод?
von Echenbach пишет: Кто был командир, и есть ли статья/перевод? Фамилия Hobart, а публикация судя по всему -- незадолго до статьи ЗПРа. Попросить Мерлина, что-ли?
NMD пишет: Hobart А какой Хобарт мелькал в Амер. Гражд войну? Не родственник ли случайно? Попросить.
Зис ис Огастес Чарльз Хобарт-Хэмпден. Отрывок из книги Jack Greene,Alessandro Massignani "Первые броненосцы". Эрл У. Форнелл (Earl W.Fornell), говоря об английском капитане Огастесе Чарльзе Хобарте-Хэмпдене (Augustus Charles Hobart-Hampden), более известном под прозвищем Хобарт-Паша, отмечал, что тот, будучи гражданским лицом, 18 раз успешно прорывал блокаду. Хобарт командовал канонеркой британского флота «Драйвер на Балтике в течение Крымской войны, и ожидая на берегу назначения в командиры корабля, решил попробовать свои силы в прорывании блокады. Хобарт был довольно интересным и склонным к авантюрам человеком – даже учитывая, что в то время он, по сути, являлся «пережитком прошлого. По данной ему позднее в Турции характеристике он был «грубоватым, смелым, энергичным и довольно упрямым.
Из энциклопедий: Огюст Хобарт-паша (род. 1822), английский капитан, турецкий маршал, командующий турецким флотом в русско-турецкой войне 1877-78 гг.
Интересно, а мог быть Гаррет Огастес Хобарт (р. 1844), вице-президент США (1897 - 1899) - его сыном?
И в своих мемуарах написал о полном подавлении активности русского черноморского флота под действием броненосцев Турции, которыми руководил несомненно Хобарт.
Немного касаясь технических проблем. Попадание всеми признаваемое было в трубу турецкого броненосца. Могло ли это попадание привести к снижению скорости корабля, сто уведичило шансы Весты на отрыв? По поводу других попаданий в Фети-Буленд: возможно они и были, но приходились в броню каземата ("башня" по неустоявшейся терминологии) или в броню поясную. Разумеется не из мортир. Или гаубицы(?) могли с некоторого расстояния вести более прицельный огонь? Был некий пожар на броненосце? Описание ружейной стрельбы с броненосца сомнительно, но где-то встречал упоминание о стрельбе из штуцеров по туркам с Весты (сайт РТВ?). Маневрирование броненосца для приведения орудий в сектор стрельбы по пароходу также не способствовало сокращению расстояния. Получается, что в итоге интриги на Баранова напрасно навлекли (т.е. подстроили) опалу. Много вопросов, особенно в описании боя. Неточности в истор. документах с дух сторон вполне допустимы и наверное имеются.
von Echenbach пишет: Попадание всеми признаваемое было в трубу турецкого броненосца. Могло ли это попадание привести к снижению скорости корабля, сто уведичило шансы Весты на отрыв? Данные к задаче Казематный броненосец (турецкое название типа корабля – Zirhli korvet) «Фетх-и Бюленд («Feth-i Bulend, в переводе – «Великая победа)...по данным книги «The Ottoman Steam Navy 1828-1923 (London, 1995) броненосец, развивший на испытаниях 13 уз, к 1877 г. не давал более 10 уз. - от http://voland983.narod.ru/raznstat/rt77-78.htm Скорость парохода "Веста" - 12 узлов. - от http://rosflot.ru/date/07/11.shtml Дальность стрельбы 152-мм гаубиц Весты: Дальность стрельбы 229-мм орудий Феих-и-Бюленда": von Echenbach пишет: Разумеется не из мортир. Или гаубицы(?) могли с некоторого расстояния вести более прицельный огонь? Снаряд мортиры наводимой раненым лейтенантом А.С. Кротковым и лейтенантом З.П. Рожественским (в 1905 году - командующим 2-й Тихоокеанской эскадрой) взорвался в районе амбразуры носовой башни броненосца...очередная бомба из мортиры Рожественского угодила в один из незащищенных люков броненосца. Из-под палубы “Фетхи-Буленд” повалил дым с паром, он снизил скорость, а затем и вовсе остановился - от http://rosflot.ru/date/07/11.shtml
Рапорт Баранова: “11-го сего июля, находясь в 35 милях от Кюстенджи, имея курс вест-зюйд-вест, в 7 с половиною часов утра... был усмотрен черный дым. В машине приказано было пар поднять до возможно большего давления, и курс был взят... дабы можно было рассмотреть шедшее судно и, буде это был бы турецкий коммерческий или слабо вооруженный военный пароход, отрезать его от берега. Около 8 часов можно было рассмотреть, несмотря на некоторую бывшую пасмурность, что встреченное судно — большой сильный турецкий броненосец, который, подняв флаг, выстрелил по пароходу “Веста” из орудия большого калибра; тогда на “Весте” был поднят русский военный флаг и дан залп из баковых орудий. Затем, дав машине полный ход, я поворотил и лег на курс... дабы держать его в невозможности бить “Весту” поперек борта и дабы иметь одновременно возможность бить турецкий броненосец из трех 6-дюймовых мортир и одного 9-фунтового нарезного орудия, могущих действовать почти на корму. Принимая это положение, я сильно рассчитывал на возможность командовать ходом над противником, предполагая, что он не может иметь скорость более 10 или 11 узлов, и потому я рассчитывал, пользуясь аппаратами автоматической стрельбы Давыдова, или уничтожить его навесным огнем, или заставить сдаться. Я вскоре заметил, что, к удивлению моему, не мы обладаем скоростью хода, несмотря на то что последняя была развита до 12 узлов, а турецкий броненосец; с каждым моментом он выигрывал в расстоянии и через несколько времени сблизился до того, что 9-фунтовое орудие, поставленное на элевацию 12-кабельтового расстояния, стало брать далее, чем следовало. Подполковник морской артиллерии Чернов, с неподражаемым мужеством делавший наблюдение за стрельбой и распоряжавшийся огнем кормовых орудий, пришел ко мне на мостик, где я стоял у штурвала, и шепотом доложил мне, что его роль, как управляющего индикаторами аппарата Давыдова, кончается, что неприятель так близко приближается к нам, что аппараты эти хотя и действуют прекрасно, но более помочь нам не могут, так как, даже в промежуток полета нашего снаряда, расстояние делается менее и менее. Видя, что неприятель приближается, снаряды его осыпают шрапнелевой картечью{8} снасти, рангоут, машинный люк и мостик, я согласился на просьбу подполковника Чернова и поручил ему вместе с лейтенантом Рожественским попробовать сделать еще сосредоточенный залп. Два залпа сошлись. Снаряды турецкого броненосца, как кажется по осколкам 11-и 7-дюймового калибра, ударили нас в корму; был разрушен капитанский вельбот, затем пробита верхняя палуба и одна бомба лопнула частью в жилой, а частью на верхней палубе. Внизу бомба произвела пожар над самой крюйт-камерой, а на верхней палубе разрыв ее был ужасен; он залил палубу кровью, уничтожил одну из мортир и, перебивши все проводники Давыдова аппарата, положил на месте двух артиллерийских офицеров, управлявших действием орудий; прапорщику Яковлеву вырвало часть горла и правое плечо. Подполковник же Чернов, смертельно раненный, прежде чем упасть, сказал: “Прощайте... бейте из правой кормовой... она наведена” — и упал мертвый. Пред самым этим залпом, видя безнадежность продолжать долго маневрирование, заключавшееся в том, Чтобы, скрывая борт, подставлять неприятелю корму и отвечать ему выстрел за выстрел, и заметив желание противника меня таранить, я решил приготовить кормовой шест с минами, положить лево на борт в момент его залпа а пойти прямо на него, дабы абордировать его или, если бы он от того увернулся, взорвать кормовыми минами. Для выполнения этого я попросил к себе на мостик минного офицера лейтенанта Михаила Перелешина и поручил ему осмотреть, не перебиты ли проводники шестовых мин, и изготовить шест. На это Перелешин заявил мне, что он и лейтенант Жеребко-Ротмистренко просят разрешить им броситься на 2 минных катерах в море и атаковать среди белого дня. Несмотря на весь риск, связанный с использованием этой просьбы, я бы ее исполнил, но зыбь была так велика, что паровые катера, вероятно, не выгребли бы, а потому я отказал. Едва Перелешин спустился с мостика, как лопнувшая вдоль палубы бомба одним из осколков своих почти оторвала ему ногу у самого паха, и в этом виде несомый раненый желал мне сообщить еще несколько данных об употреблении минных катеров. Страшная рана Перелешина, разбитая мортира, два убитых офицера, 4 раненых, пожар на жилой палубе не могли устрашить лихой экипаж вверенного мне судна; офицеры, начиная со старшего и кончая молодым мальчиком, юнкером Яковлевым, братом убитого, явили себя героями; на место убитых артиллерийских офицеров встал лейтенант Кротков, и хотя в тот момент, как наводил орудие, граната, лопнувшая сзади, пробила его платье по крайней мере в сорока местах и опалила все волосы на голове, он, опаленный и с 17 осколками в теле, продолжал наводить мортиру, которая -не могла действовать аппаратами Давыдова, ибо проводники у нее не существовали. Лейтенант же Рожественский, занявши место подполковника Чернова, распоряжался действием другой мортиры, стоя на возвышения банкета индикатора Давыдова, и благодаря ему, брошенная бомба ударила неприятеля в крышку башни и лопнула внутри амбразуры большого орудия. На палубе турок произошло сильное замешательство, которым, к несчастью, мы вполне не могли воспользоваться, ибо осколком бомбы согнуло штуртрос и руль, к ужасу моему, перестал действовать; пароход бросило лагом и дало возможность туркам осыпать нас гранатами, начиненными всякою гадостью. Одна из гранат перерезала паровыпускную трубу и обдала осколками весь мостик, убив наповал двух стрелков, взятых мною к себе и действовавших из малокалиберных скорострельных ружей по амбразурам неприятельских погонных орудий. В это же время артиллерийский офицер Кротков бил ранен осколками в лицо, я легко контужен в голову и левую руку, ординарец мой юнкер Яковлев тоже контужен в голову, вся машина осыпана осколками, по... блиндировка койками с боков, цилиндров, а матрацами сверху машинного люка спасли машину от порчи. Это был последний серьезный залп неприятеля. Из своей большой погонной пушки он действовать более не мог, он все старался лечь к нам лагом, чего, конечно, я ему не давал исполнить, и он заметно стал отставать, так что вскоре, вместо ружейных нуль, перестали долетать до неприятеля и наши 9-фунт. снаряды. Затем у пего из палубы повалил густой пар или дым, а после еще двух-трех наших выстрелов неприятель... стал быстро уходить. Видя два орудия у себя подбитыми, имея в корпусе две пробоины, 2 офицеров убитыми и 4 ранеными и палубу, заваленную осколками и разорванным человеческим мясом, а что главное — видя, что машинисты и кочегары едва держатся на ногах после 5-часового боя, я не решился энергично преследовать убегавшего быстроходного врага, тем более что он поднял какой-то сигнал и на горизонте стали показываться еще рангоуты судов. Доносить о подвигах особенно отличившихся гг. офицеров я, по совести, не могу. Как честный человек, могу сказать одно, что кроме меня, исполнявшего свой долг, остальные заслуживают удивления геройству их и тому достоинству, с которым они показывали пример мужества и необычной храбрости. Старший офицер, лейтенант Владимир Перелешин, был мною послал тушить пожар в жилой палубе; пробегая туда, он наткнулся на носилки со страдальцем, его братом; Владимир Перелешин, несмотря на то что делалось у него на душе, не останавливаясь пробежал к месту пожара и, с помощью мичмана Петрова и гардемарина Казпакова, погасил пожар над пороховыми и бомбовыми погребами. Только сегодня, при осмотре докторами в Севастополе раненых, оказалось, что лейтенант Перелешин контужен в голову. Убиты: подполковник Чернов, прапорщик Яковлев, 9 человек нижних чинов. Умер на другой день после ампутации лейтенант Перелешин. Долг заставляет меня упомянуть о самоотвержении князя Голицына-Головкина. Заметя, что мостик в особенности осыпается снарядами и что некоторые из них сделали то, что весь мостик, деблиндированный мною от коек ввиду прикрытии ими машины, был залит кровью, Голицын под всякими предлогами старался заслонить меня, желая мне служить щитом. Штурманский офицер, штабс-капитан Корольков, стоял все время у штурвала все задом к неприятелю; не отрывая глаз от картушки компаса и от души сердясь на лопанье гранат, заставлявшие картушку прыгать, и во время одного из неприятельских залпов он, не обращая внимания на то, что сзади его делалось, приказал сигнальщику убрать исковерканный ружейный ствол, брошенный к самому компасу, ввиду того что железо ствола может вредить девиации компаса, и не замечая, что ружье это принадлежало одному из несчастных стрелков, разорванных бомбой на мостике. Увидя бегство броненосца, я велел подобрать трупы, и, предполагая, что прибыль воды от пробоин не позволит рассчитывать на сохранение порядочного хода, а следовательно, мог ожидать повторения атаки от новых турецких броненосцев, я приготовил, насколько мог, судно к новому бою... после чего дружно прокричали троекратно “ура” вдогонку уходившему врагу, не отвечавшему более на наши выстрелы. Из нижних чинов мне также очень трудно указать на наиболее отличившихся, отличны были все. Но сколько я мог заметить, более других выдавались: боцман Власов и 2 комендора, оставшиеся живыми при кормовых орудиях; рулевые, не обращая внимания на происходившее вокруг них, правили рулем как бы в обыкновенном плавании. С каким броненосцем имел я дело — не знаю{9}; он всего более похож по конструкции на тип турецких корветов-таранов, но у него орудия были двояко установлены: самое большое — от 10 до 11 дюйм. калибра — впереди, в серой башне, вероятно, такое же орудие было и на корме, посредине же судна был блокгауз, из которого действовало 4 орудия, 4- и 9-фунтовых. Бой турецких ружей не уступал нашим. На расстоянии 600 и 800 сажень турки посылали нам залп за залпом, оставившие следы на пароходе. Видя безвредность огня из ружей, я употреблял свои, только когда турок нагнал нас, так что между нами оставалось не более 350 или 400 сажень; в это время я ясно видел красные фески в амбразурах орудий, одну феску на мостике, подле какого-то зеркального инструмента, наводившегося на нас и управлявшегося несколькими гг. в европейском костюме синего цвета. Мне сильно хотелось сбить упоминаемый инструмент и европейские фуражки, а я объявил 3 лучшим стрелкам и комендору Энгстрема орудия премию за исполнение моего желания. Залп ружей и орудия раздался, 2 синие куртки упали, феска исчезла, но инструмент остался. Лишь остается добавить, что старший механик подпоручик Плигинский, его помощник и судовой доктор титулярный советник Франковский во все время боя, а последний долгое время и потом, каждый действовали неподражаемо хорошо. Вели себя также примерно дворяне, Джевецкий и Мельников, два юнги, переводчик греческоподданный Спирапулло и вольный штурман Викторов, все шесть поступившие на “Весту” волонтерами”.
Герои "Весты" и их судьбы: Старший офицер лейтенант князь Голицин-Головкин Евгений Юрьевич - вышел в отставку капитаном 2-го ранга, предводитель пензенского дворянства (по 31.12.1886), умер 02.09.1887г. Лейтенант Перелешин 4-й Владимир Платонович - капитан над портом Одессы, генерал-майор (Памятная книжка Одессы за 1901 год). Лейтенант Перелешин Михаил Платонович - погиб в том бою. Лейтенант Жеребко-Ротмистренко (Алексей?) - ? Лейтенант Кротков Аполлон Семёнович - главный инспектор артиллерии, генерал-лейтенант (1897 - 1904 год). Лейтенант Рожественский Зиновий Петрович - очевидно. Мичман Петров - ? Мичман Рогуля - ? Подполковник Чернов - убит в том бою. Прапорщик Яковлев - убит в том бою. Штурманский офицер штабс-капитан Корольков - ? Старший механик подпоручик Плигинский - ? Судовой доктор, титулярный советник Франковский - ? Гардемарин Барковский Михаил Владиславович - ушёл в отставку в возрасте 32 лет в чине капитана 2-го ранга, в 1886 году безуспешно пытался вновь поступить на службу. Гардемарин Казнаков - ? Юнкер Яковлев - ? Вольноопределяющийся Джевецкий Степан Карлович - также известен (см. Воспоминания А. Н. Крылова). Вольноопределяющийся Мельников - ? Переводчик Спирапулло - ? Вольноопределяющийся штурман Викторов - ? Боцман Власов Алексей - ?
s.reily пишет: Герои "Весты" Спасибо. Вполне объективный рапорт. Немного художественности, как всегда, но основное верно. Почему затеяли интригу? Из-за ружей системы Баранова и их конкуренции в производстве? Турки вполне могли действовать из амбразур ружейным огнем, т.к. это была общепринятая практика. По поводу белого дыма/пара нельзя исключить аварию котла или паропровода в машине. Пожар на палубе у зарядов от осколка? По расхождению данных о турецких орудиях и их калибрах: многое в справочниках того времени считалось недостоверным, как и в наше время. И сведения разведки сомнительны. По тактике Баранова серьезных споров нет, старался держаться кормой, что позволяло сохранять дистанцию. "Фетхи-Буленд" вынужден был отворачивать для введения в действие казематного орудия. Откуда башня взялась? Спутал с Авни-Иллах где есть носовой барбет? И ещё Баранову уже с Россией крупно повезло - захватил приз с батальоном пехоты. Случай или шпионство? Вот когда и где нужны были БРКР, пусть и несколько альтернативного проекта для ЧМ.
s.reily пишет: Лейтенант Рожественский Зиновий Петрович - очевидно. Насколько я понял из личного дела Рожественского, он небыл судовым офицером , его должность звучала так " Приказом Главного Командира Черноморского флота и портов № 194 , назначен на военное время заведующим артиллериею на судах и плавучих батареях Черноморского флота с 1877 г. апреля 28 дня ..." и следующее назначение "... Командирован в Нижнедунайский отряд Капитан-Лейтенанта Дикова 1877 г. августа 2 дня ..." в списках на каких судах ходил и сколько , совсем нет упоминания "Весты" , вполне возможно шел на ней только один раз ... Хотя в разделе "Бытность в походах и делах против неприятеля ..." указано "В делах против неприятеля находился во время войны с Турцией 1877 и 1878 г.г. в перестрелке парохода Арганавт с Турецкими судами при рекогносцировки у Сулина; в 1877 году в деле 11-го июля парохода "Веста" с Турецким броненосным корветом "Фетхи-Буленд" ..." Ну и на последок :-)) , за бой Рожественского произвели в Капитан-Лейтенанты (15.07.1877) и в тот же день "Пожалован пожизненной пенсией в размере двух годовых оклада жалования по чину Лейтенанта" , и естестно еще и Егория дали 28.07.1877 г. вот такой вот "звездный дождь" . правда настаивать не буду , не помню уже где читал , что Рожественский , от Георгия даже начал отказываться , правда лет так через пять после награждения ... С уважением , В.
wind_up_bird пишет: ...не помню уже где читал , что Рожественский , от Георгия даже начал отказываться , правда лет так через пять после награждения ... У В.Грибовского ("Вице-адмирал Рожественский") на эту тему целая глава. Цитата по изданию "Последние адмиралы С.Семанов Адмирал Макаров/В.Грибовский Вице-адмирал Рожественский" - изд-во АСТ, серия военно-историческая библиотека, М., 2002: [еще до того как Рожественский выступил в печати со своими опровержениями Баранова] "...Весь в сомнениях капитан-лейтенант Рожественский напрявляется за советом к уважаемому начальнику - вице-адмиралу Г.И.Бутакову, который в мае 1878 г. как раз оказался в Санкт-Петербурге. Содержание беседы Рожственского и Бутакова сохранили воспоминания полковника Генерального штаба А.Н.Витмера, записанные со слов самого адмирала. Григорий Иванович рассказывал следующее: "Приходит ко мне вчера один из служивших со мной офицеров... приходит страшно взволнованный и говорит, что пришел ко мне за советом. - В чем дело? - спрашиваю. - Вы знаете, говорит, что я был... на "Весте" и мне дали за якобы нашу победу георгивский крест. - Ну, так в чем же дело? - повторяю свой вопрос. - Да какая же это победа. Это было просто позорное бегство и георгиевский крест просто жжет меня... - Отчего же позорное, - возражаю я. - Ведь вам ничего же иного и не осталось делать. Силы ведь были не равны, не могли же вы - простоц пароход, да еще не бог знает каких морских качеств, бороться с броненосцем? - Да, пожалуй, - отвечает Рожественский, - но если бы мы, несмотря на это, вступили с броненосцем в бой и погибли, то это действительно было бы подвигом, а ведь мы, как только сообразили, что неприятельское судно - броненосец, сейчас же обратились в бегство, в позорное бегство. Повторяю, жжет меня мой Георгий. Научите меня, посоветуйте что делать. Видя его крайнее возбуждение... я говорю, что ему остается службой своей заслужить этот Георгий, данный ему преждевременно. Привожу в пример самого себя. Вот видите, - говорю, - Георгий на моей груди. Я, по совести, должен признаться, что дело, за которое мне дали его, было не выдающееся, и Георгия я не заслужил, а зато потом три дела, за которые награждение Георгиевским крестом было бы вполне заслуженным, не дали мне ни малейшей награды, поэтому я считаю, что Георгиевский крест могу носить как вполне заслуженный, хотя не за то дело, за которое его получил. Так рекомендую и вам поступать в дальнейшей вашей службе. В деле "Весты", повторяю, нет ничего позорного. Уходить от неуязвимого для вас броненосца являлось делом неизбежной необходимости. Едва его успел успокоить, - закончил Григорий Иванович, - да и то не знаю, успел ли"..." Вскоре после этого, согласно Грибовскому, Рожественский и выступил 17 июля 1878 г. в "Биржевых ведомостях" со своими разоблачениями, что вызвало целый скандал, в котором принял участие и С.О.Макаров, ответивший Рожественскому в газете "Яхта" (27 июля того же года) "...о чем думал всероссийская известность... г. Рожественский, покупая в прошлом году орденские ленточки или штаб-офицерские эполеты..." А Н.Баранов и вовсе подал рапорт управляющему Морским министерством в котором назвал статью Рожественского "пасквилем... марающим честь Черноморского флота". После этого управляющий морским министреством назначил расследование, которое, впрочем, пищет далее Грибовский, не нашло в статье Рожественского никакой клеветы и предложило Н.Баранову искать удовлетворение через гражданский суд. Тогда Баранов написал довольно резкую докладную записку и в итоге сам попал под суд. Правда, в конце концов для него все закончилось только увольнением от службы. Впоследствии, уже после вступления на престол Александра III капитан 1 ранга в отставке Н.М.Баранов вступил в гражданскую службу и дослужился до поста Нижегородского губернатора.
Июль 1877 (награждение) - июль 1878 (статья) - целый год Зиновия Петровича жгло Допускаю, что публикация и прочее за ней последовавшее были его собственной спланированной пиар-компанией, не имевшей никакого отношения к угрызениям совести.
von Echenbach пишет: И ещё Баранову уже с Россией крупно повезло - захватил приз с батальоном пехоты. Случай или шпионство? 11.12.1877г. "Россия" вышла из Одессы, 13.12.1877г. захватила "Мерсину" у Пендераклеи. Что-то трудно представляю шпионаж в данном случае, системы коммуникаций не было подходящей. Скорее, везение.
Scott пишет: в газете "Яхта" "Яхта" -- вроде как журнал был... Или это только в Англии?
s.reily пишет: целый год Зиновия Петровича жгло Зато потом он сам так отжёг, что многим мало не показалось...
s.reily пишет: целый год Зиновия Петровича жгло Ага , самое интересное , что от пожизненой пенсии он отказываться не стал :-)))) ... Дааа , это уже наверно традиция в России , на пенсии (теже Ульяновы) потрясать устои :-))) С уважением , В.
Господа, а никто из пишущих участников форума не пытался эту историю где-нибудь опубликовать. Из этого обсуждения получилась бы прекрасная статья для какого-нибудь журнала. Я, например, получил огромное удовольствие, читая материалы темы. Просто класс.
пьер пишет: для какого-нибудь журнала Удачи Вам:)) Какие журналы?
von Echenbach пишет: Удачи Вам:)) Какие журналы? Например в "Гангут" или в "Караван истории". Жалко если это просто останется только темой. Сижу и жалею, что я не писатель, а только читатель.
пьер пишет: Господа, а никто из пишущих участников форума не пытался эту историю где-нибудь опубликовать. Из этого обсуждения получилась бы прекрасная статья для какого-нибудь журнала. Я, например, получил огромное удовольствие, читая материалы темы. Просто класс. Так ить же опубликовано все, откуда цитаты-то. А для журналов IMHO сие малоинтересно. Им сейчас подавай "караван историй" о том, с кем Пугачева в баню ходила и т.п.
Scott пишет: Так ить же опубликовано все, откуда цитаты-то. А для журналов IMHO сие малоинтересно. Им сейчас подавай "караван историй" о том, с кем Пугачева в баню ходила и т.п. Бог с Вами. Тема абсолютно выигрошная. Назовите статью: "Еще один турецкий гамбит", и ее всякий прочтет. В теме: 1) два исторических лица, даже три, если учесть, что цитируется Витте, причем о "герое" Цусимы многие слышали; 2) скандал, ссора двух видных исторических лиц; 3) есть интрига, в смысле "а был ли подвиг"; 4) описание реального сражения, привести рапорт Баранова и статью Рожественского; 5) случай из отечественной истории, плюс из тогго ее периода, к которому есть интерес после выхода на экраны известного фильма; 6) длинные цитаты, написанные хорошим языком; 7) наконец, это история о человеческих нравах, что всегда интересно, некий исторический анегдот с батальными сценами.
Пьер, если бы Вы были редактором или издателем, не сомневайтесь, написал бы для Вас, может быть, даже без гонорара.