"Триумф искусства и техники. Ни один корабль в мире не достигал еще такого!" Отзыв Чарльза Крампа о первом круге испытаний "Варяга". При волнение моря в 10 баллов крейсер "Варяг" показывает мировой рекорд для крейсеров своего класса по скорости - 24,59 узла.
подробнее...

I-ая эскадра Тихого океана Милые браняться...
Чудесный рапорт, поданный СамиДогадываетесьКем - СамиЗнаетеКому. СамиЗнаетеКто, вернувшись в Россию, представил рапорт в ГМШ, сообщив, что за столь предосудительную бумагу он отрешил СамиДогадываетесьКого от должности, а теперь просить разобраться с ним на более высоком уровне. Дело доложили Авелану, да так оно ничем и не кончилось. СамиДогадываетесьКто бодро продолжил свою службу Порт-Артур 16 декабря 1904 г. № 161 Секретно Во исполнение секретного предписания вашего превосходительства от 12 декабря с.г. за № 636 при сем представляю выработанный комиссией из гг. командиров вверенного мне отряда под моим председательством предварительный план атаки японских судов в бухте Тонгку, при чем присовокупляю, что подробный план самой атаки не может быть составлен вследствие полнейшей неизвестности тех условий, при которых придется действовать миноносцам, как то: 1) неизвестно, в каком именно месте стоят японские суда; 2) сколько стоит их там и какого типа; 3) есть ли прожектора, и где они установлены; 4) есть ли боны, и где они заведены; 5) есть ли еще какие-либо препятствия в виде сетей, концов и т.п.; 6) есть ли сторожевая цепь, и как она организована; 7) есть ли проход между островами, лежащими к Ost’у от полуострова Сикау. Для выяснения этих вопросов согласно представляемому плану атаки следует теперь же, пока еще есть луна, послать полуподводную лодку, которой может помогать в ее экспедиции паровой катер тем, что подбуксирует ее до Лунвантана. Только по выяснению всех этих вопросов можно будет составить подробный и точный план как действовать. Если же эти обстоятельства не будут выяснены, то миноносцам придется действовать «на авось. Тем не менее, все-таки считаю долгом донести, что упомянутое выше предписание вашего превосходительства приведено в исполнение, миноносцы готовы к атаке, каковую я намерен предпринять в исполнение того же предписания отрядом из пяти миноносцев – «Властный, «Бойкий, «Смелый, «Скорый и «Статный – в ближайшем будущем при первой возможности, как только условия погоды будут этому благоприятствовать. С другой стороны, имея в виду обеспечить, насколько возможно, успех атаки, я прошу разрешения вашего превосходительства о дне атаки и часе выхода в море миноносцев не сообщать решительно никому заблаговременно. Это предприятие должно быть выполнено неожиданно. Для предупреждения наших береговых батарей и судов, стоящих в бухте Белого Волка, при выходе миноносцев в море я подниму шары в самый последний момент перед выходом отряда. Цепь минного заграждения может оставаться при этом замкнутой, она не будет мешать выходу отряда. Для обеспечения благополучного выхода в море прошу распоряжения вашего превосходительства о ежедневном протраливании паровыми катерами пути от Белого Волка вдоль берега мимо брандера к Ляотешану. Протраливание это должно всегда производиться утром, даже и при ветре. Кроме всего вышеупомянутого, прошу указания вашего превосходительства, что предпринять отряду, если он, что несомненно должно случиться, будет преследуем значительно превосходящим его по числу и силе противником и будет отрезан им от П[орт]-Артура, так как полагаю, что из пяти миноносцев по крайней мере три пропадут, наверное; а если и все успеют уйти после атаки благополучно, что, конечно, от божьей воли зависит, на каковую я вполне полагаюсь, то, все-таки, пять наших миноносцев перед 15 или 20 японскими, которые атаковали «Севастополь, даже не принимая во внимание японские крейсера, которые появляются всегда около [Порт]-Артура на рассвете, силы слишком неравные ни по числу миноносцев, ни по их величине, ни по ходу, ни по вооружению минному и артиллерийскому. В своем предписании за № 636 ваше превосходительство советуете нам последовать примеру неприятеля, столь блестяще атаковавшего «Севастополь и «Отважного и, в конце концов, подорвавшего первого. На это считаю своим долгом донести, что вовсе эти атаки японских миноносцев на «Севастополь, в отражении которых я принимал участие своим отрядом и которые, таким образом, видел «своими глазами, – я не считаю блестящими. Их можно назвать красивыми, но не блестящими в смысле успеха и вот почему: 1) сами японские миноносцы днем все время наблюдали за «Севастополем, когда он вышел на рейд и пошел к Белому Волку, а, следовательно, им было превосходно известно место атаки броненосца; 2) «Севастополь почти не имел защиты от мин, так как нельзя же считать собственные бортовые сети броненосца, не прикрывавшие даже кормы на ¼ длины судна, достаточной защитой; 3) на «Севастополе почти не было скоростной мелкой артиллерии и было очень мало команды; 4) не было для охраны его сторожевой цепи из паровых шлюпок по недостатку их; 5) японцы атаковали четыре дня подряд целой кучей от 15 до 20 штук, при чем каждый миноносец выпускал все свои мины. В конце концов, «Севастополь отразив все эти атаки с помощью миноносцев вверенного мне отряда, был подорван в очень снежную ночь, когда ничего нельзя было видеть даже при освещении прожекторами, не миноносцами, а небольшим минным катером, прокравшемся между берегом и броненосцем при тихой погоде под покровом темной ночи и сильного снега. Этой ли блестящей атаке японских миноносцев и этому ли примеру, по совету вашего превосходительства, мы должны последовать? Если при этом вспомним еще атаки японскими миноносцами наших сторожевых крейсеров в походе, а также атаки их миноносцами нашей эскадры 10 июня и 28 июля на ходу в море, то придется заключить, что атаки их миноносцев никуда не годятся. Мне кажется, что при всех этих атаках наших судов японскими миноносцами были блестящими не атаки японских миноносцев, а блестящими были отражения этих атак нашими судами, как было блестяще и четырехкратное отражение таких же атак броненосцем «Севастополь, о чем ясно свидетельствует приказ по гарнизону генерал-адъютанта Стесселя. Мне кажется, что ваше превосходительство имели бы больше основания, если уже надо было приводить примеры, посоветовать отряду последовать примеру одного из наших миноносцев в текущую войну, вышедшему 14 марта в единственном числе навстречу четырем вооруженным неприятельским брандерам и шести неприятельским миноносцам, которые сопровождали эти брандеры. Результат этого выхода известен всем, и проход до сего времени остается свободным для движения судов. По поводу замечания вашего превосходительства, что в текущую войну миноносцы не делали ни одной атаки, считаю долгом донести, что я, как начальник отряда с самого своего назначения на этот пост, никогда не пользовался самостоятельностью, а был всегда вместе со всем своим отрядом в вашего превосходительства распоряжении и, конечно, распоряжении адмирала Витгефта. Я и мои миноносцы всегда исполняли приказания ваши и приказания покойного адмирала, а потому, если атак не было, то отряд миноносцев тут ни при чем. Кроме того, считаю долгом упомянуть, что адмиралом Витгефтом много раз оба отряда миноносцев посылались ночью на розыски и атаку неприятеля, при чем всегда давались точные указания, куда идти и что делать, – и если при этом миноносцы не находили никого, а потому, значит, и не имели возможности атаковать, то виноваты ли миноносцы в этом? Ваше превосходительство же, по поступлении миноносцев в исключительное ваше распоряжение, посылали миноносцы в различные экспедиции по одному, и эти экспедиции выполнялись ими. Однако при таких одиночных разведках все-таки никогда ночью не встречалось нашим миноносцам в районе более 30 миль от [Порт]-Артура больших неприятельских судов. Миноносцы же отрядом ночью вашим превосходительством ни разу не посылались, а теперь в предписании миноносцы как бы упрекаются в том, что не делали за войну ни одной атаки. Ко всему изложенному считаю долгом донести, что лично считаю атаки миноносцами неприятеля действительными только в темную ночь или в туманный день и на ходу, а не на рейде. Атаку на рейде следует производить когда или имеется огромное количество миноносцев, или не остается иного выхода. Теперь последнее положение подходящее. Лучше оставшимся миноносцам пропасть при атаке в бухте Тонгку, чем идти в нейтральный порт и разоружиться, а потому я и намерен в ближайшем будущем, во исполнение предписания вашего превосходительства, непременно предпринять указанную вами атаку.

Ответов - 8

Интересно, а отчего "Сердитый" не хотели брать?
Спасибо за документ! А Вы не подскажете источник его?
РГАВМФ, естественно... :-)
Я понимаю, что архив... А вам не трудно было бы выложить архивные данные документа? Я это и имел в виду, простите великодушно, что не так выразился
Бубнов? (или кто там начальствовал МН, если Бубнов уже занимался берегом) - Вирену?
von Echenbach пишет: Бубнов? (или кто там начальствовал МН, если Бубнов уже занимался берегом) - Вирену? Заведовали Елисеев (1-м) и Криницкий (в.о. 2 -го). С момента "реформирования" 1 ТЭ в "отдельный отряд броненосцев и крейсеров" все оставшиеся миноносцы подчинялись не Вирену, а Лощинскому. После снятия Елисеева остатками миноносцев командовал Бахирев. Думаю, что указанный ув. Dirkом рапорт был подан на имя Лошинского все-таки Криницким. Елисеев на тот момент вроде-бы в госпитале лежал (хотя позднее благополучно прорвался на лодке из Артура). Хотя м.б. и Елисеев.
Dirk пишет: Мне кажется, что ваше превосходительство имели бы больше основания, если уже надо было приводить примеры, посоветовать отряду последовать примеру одного из наших миноносцев в текущую войну, вышедшему 14 марта в единственном числе навстречу четырем вооруженным неприятельским брандерам Вот она наводка на автора рапорта - командиром "Сильного" тогда был Криницкий. Эпизод с этими событиями хорошо расписан в воспоминаниях Кефели - рассказ "Брандеры", там есть и указание про конфликт между Лощинским и Криницким...
NO23 пишет: А вам не трудно было бы выложить архивные данные документа? Я надеюсь вставить его (и еще кое-что по Криницкому) в 7-й выпуск "Кортика". Конечно же, там будет архивная ссылка andreyfinn пишет: Думаю, что указанный ув. Dirkом рапорт был подан на имя Лошинского все-таки Криницким. Да, конечно, все правильно!